Вы здесь

Коста Дзугаев: Народ Осетии стремится к единству

Эксклюзивное интервью генерального директора Центра информационных технологий
«Информационные ресурсы» (Южная Осетия) Косты Дзугаева интернет-изданию «Глагол»

23 июля, 15:12
 

Война 2008 года на корню изменила жизнь в Южной Осетии. Российские и украинские эксперты высказывали разные точки зрения на произошедшие события. Однако наиболее интересным, пожалуй, является взгляд на эти события изнутри самой Осетии. Именно поэтому редакция “Глагола” пообщалась с известным осетинским политическим деятелем, генеральным директором Центра информационных технологий «Информационные ресурсы» (Цхинвал, Южная Осетия) Костой Дзугаевым и поинтересовалась его мнением о прошлом, настоящем и будущем Южной Осетии.

Не так давно на экраны вышел фильм «Август. Восьмого». Смотрели? Что скажете?

Да, смотрел. Неплохой фильм. Художественный, конечно. Главная героиня иногда вызывала у меня острое раздражение, но спишем это на потрёпанные нервы… А мальчишка выжал таки из меня слезу – потому, что мои двое маленьких детей сидели в подвале, я не успел вывезти семью, вернулся в Цхинвал седьмого вечером. Война на самом деле была гораздо страшнее, в Цхинвале был ад. Ведь по маленькому городу стреляли более 25 установок залпового огня и несколько десятков артиллерийских установок, это словами не описать, что творилось. Плюс самолётные бомбёжки.

При обсуждении фильма много споров вызвала сцена с грузинским солдатом, оказавшим помощь. Что тут сказать? Подавляющее большинство просто зверствовало, но были и такие – офицеры, кстати – кто предупреждал население, что «спасайтесь, мы то вас не тронем, но за нами идут каратели».

Что касается сюжетной линии, то уличные бои стоило бы показать побольше и понатуральней; именно в беспощадных схватках на улицах Цхинвала враг был деморализован и выбит нами из города – но об этом в фильме ни слова, ни кадра, как будто не осетины отстояли свою столицу…

А так за фильм спасибо.

Грузинские власти уверяют, что выдача российских паспортов на территории ЮО перед войной была незаконной…

Кого им уверять-то? Разве что тех, кто «сам обманываться рад»…

Как строились отношения между ЮО и Россией до войны и каковы они сейчас? Что-нибудь изменилось? Если да, то что именно?

Отношения после «08.08.08» стали прагматичнее. Трезвее, что ли… Война, как правило, всё ставит на свои места – на более-менее длительное время. В то же время в народе есть глубокая и искренняя благодарность России за спасение от истребления грузинскими нацистами.

Поговаривают, что в Грузии иностранный гражданин может угодить в тюрьму, если выяснится, что он посещал Южную Осетию… Как Вы это оцениваете?

Хватали за это многих, хотя были и неприкасаемые персоны. Сейчас ситуация медленно меняется.

Война разрушила значительную часть инфраструктуры. Предпринимаются ли какие-либо попытки её восстановления?

О, это больная тема. Восстановление идёт, но совсем не так, как ожидалось нами. Однако южные осетины терпеливы и оптимистичны (иначе не было бы уже самой Южной Осетии), так что верим – «через четыре года здесь будет город-сад!».

Чем живут сейчас люди в ЮО? Как с работой? Много ли безработных? Чем занята молодёжь?

Живут обычной гражданской жизнью, и это – давно забытое счастье для моего поколения, сейчас вот заново привыкаем. Новое поколение, выросшее в провозглашённой Республике, нормальной жизни фактически не видело, почти все парни, способные носить оружие, служили в силовых структурах. Народ-гарнизон, знаете ли. В послевоенные годы для молодёжи начался переход в новую жизнь, часто проблемный. Но уверен – справимся.

Каковы общественные настроения в ЮО? С кем хотят быть жители ЮО — с Россией, с Грузией либо сами по себе?

У нас был тяжёлый политический кризис во время президентских выборов 2011 – 2012 гг., так что сейчас доминирует общественный настрой на сохранение политической стабильности. Что касается второй части вопроса, то 85% хотят войти в состав России, около 10% настаивают на независимом государстве, и незначительная часть населения (разумеется, в основном грузины Ленингорского района, контроль над которым мы восстановили по итогам войны) не возражают против жизни в составе Грузии.

Исторически осетины — единый народ. Между тем, есть Южная Осетия и Северная. Почему они не вместе, как Вы считаете и что должно произойти для того, чтобы осетинский народ стал единым целым?

Да, осетины – единый народ, и в состав России мы тоже входили всем народом, всей страной. Административно нас поделили в Российской Империи, затем в Советском Союзе южную часть Осетии вопреки её воле отдали Грузии, а уж Российская Федерация провела между Севером и Югом Осетии государственную границу. Но стремление к единству – неустранимый императив народа. Впервые образовалась политическая партия, ставящая программу-максимум: воссоединение Осетии в составе России. Её лидер Анатолий Бибилов является политическим тяжеловесом, сейчас мы видим, как против него задействуется всё больший ресурс, с расчётом не допустить триумфального успеха партии на грядущих парламентских выборах.

Воссоединение состоится по той простой причине, что иного не дано. Так же ведь и Республика Южная Осетия выстояла восемнадцать невероятных лет, дождавшись и вымолив у Бога и России признания. Очень надеюсь, что воссоединение произойдёт только политико-правовым путём, так как воевать в очередной раз совсем не хочется. Уж слишком подлая эта штука – война.

На ваш взгляд, работают ли сейчас спецслужбы Грузии на территории Южной Осетии? Проявляется ли их работа в так называемых независимых общественных организациях?

Ну как же без грузинских спецслужб? Без них никак. Другое дело, что агентура разгромлена, а действие «мягкой силой», в том числе через НКО, у нас практически перспектив не имеет.

Что-то изменилось в отношениях осетинской и грузинской сторон после того, как Саакашвили утратил влияние?

Да, конечно изменилось. Прекратилось террористическое давление на южных осетин, ведь раньше (до войны) убивали приблизительно каждые сорок дней, чтобы мы не вылезали из похорон. Не стало слышно оскорбительной риторики в грузинских СМИ. Начались подвижки в проблеме освобождения осетин, брошенных в грузинские тюрьмы по «национальному признаку»: в эти дни вышел на свободу Марек Дудаев, человек поистине трагической и героической судьбы, в которой, как в зеркале, отразились реалии грузино-осетинского конфликта… Через границу в Ленингорском районе ведётся, скажем так, «серенькая» торговля. Десятки югоосетинских граждан начали ездить в Тбилиси за высокотехнологичной медицинской помощью, так как в срочных случаях до Владикавказа далековато.

Всё это обнадёживает, но не успокаивает. Такое уже бывало при Эдуарде Шеварднадзе – единственном грузинском руководителе, который понимал, что с Осетией и осетинами ссориться нельзя ни в коем случае. Но грузинский национал-экстремизм, исторически чрезвычайно укоренённый в Грузии, особенно в Картли, всегда брал реванш и в грузинском обществе, и в грузинской власти. Но, может быть, теперешний ход мировой истории, влияние глобализационных процессов изменит и эти обстоятельства?

Какие средства массовой информации наиболее популярны среди населения Южной Осетии? Кому они принадлежат? Какие мнения о будущем Южной Осетии преобладают в СМИ и обсуждаются?

Самая читаемая – русскоязычная газета официоза «Южная Осетия». В силу очевидных причин. Самая качественная, на мой взгляд, газета «Республика», ориентирующаяся преимущественно на молодёжную среду. Быстро растёт и становится реальной силой Интернет, в ближайшие годы (и уже к приближающимся парламентским выборам) там начнутся профессиональные пропагандистские акции длительного действия. Сейчас почти все СМИ государственные. Кстати, я издавал в 1990-х гг. самую влиятельную из негосударственных газету «Вестник Южной Осетии», распространявшуюся в том числе и в осетинских общинах других стран. Гостелевидение постепенно развивается, большинство его смотрит (в основном республиканские новости), но до общепринятых стандартов влияния ему далековато.

Я утверждаю, что существует негласная цензура в югоосетинских СМИ по проблеме воссоединения Осетии, так как влиятельной группе высшего чиновничества, комфортно чувствующей себя в «независимых» креслах, воссоединение не нужно. «Реал политик», знаете ли…

Что должно произойти, чтобы отношения осетин и грузин вошли в нормальную колею? При каких условиях этого никогда не произойдет?

Такой же вопрос мне часто задают грузинские коллеги-эксперты. Ответ прост: надо перестать видеть в осетинах людей второго сорта. Всего лишь.

Стала ли лично для вас война Рубиконом? Разделяете ли вы историю Южной Осетии на «до» и «после»? Или противостояние существует до сих пор, а конфликт был лишь его кульминацией?

Для меня Рубиконом было 23 ноября 1989 г., когда в день св. Георгия сорокатысячная колонна грузинских националистов попыталась войти в Цхинвал для проведения митинга устрашения, но была остановлена на въезде. Война в августе 2008 г., а точнее говоря, геноцидная агрессия режима М. Саакашвили против Южной Осетии, была одним из жесточайших экстремумов грузино-осетинского противостояния последних веков. Сейчас конфликт введён в политико-пропагандистские рамки и формы, но сущностно не ликвидирован, так как в грузинской государственно-управленческой и интеллектуальной элите не желают признавать наличия народа, живущего на своей исторической родине и отказывающегося участвовать в грузинском государственном проекте.

Что изменилось за эти пять лет? Стала ли эта война катализатором эффективных преобразований в Южной Осетии?

Главное за эти пять лет – процесс быстрого государственно-политического взросления. В отличие от абхазов, у южных осетин не было традиции собственной государственности, всё приходилось делать на марше, вручную, большей частью наощупь. Сейчас с российской помощью идёт очень важный процесс выстраивания нормативных госструктур. Хорошо, что установлен реальный контроль за расходованием российской денежной помощи, потому что задыхались ведь от коррупции…

Интересно наблюдать за межнациональными контактами в РЮО. Русские вновь стали здесь присутствовать, хотя в основном, в силу необходимости, семьями военнослужащих – и это положительно воспринимается в общественной психологии (осетины комплементарный народ с русскими, да и грузины тоже, если честно). Татары стали заметны в Цхинвале, так мы называем азербайджанцев, торгуют на базарах овощами-фруктами-зеленью; общественное мнение к этому относится не без опасений, уж слишком у них взрывная демография. Армян и грузин в Цхинвале и районах (кроме ленингорских грузин) очень мало, но если будет нормальная жизнь, то постепенно и они начнут возвращаться. Евреи цхинвальского происхождения тоже не теряют интереса.

Какой Вы видите Южную Осетию через 15, 10, 20 лет?

Именно этой проблематикой я как философ с физико-математическим базовым образованием занимаюсь. Осмелюсь предложить Вашему вниманию свою работу «Применение методологии «вертикали Панова – Снукса» к анализу истории грузино-осетинских отношений и политическим перспективам Республики Южная Осетия» (проще всего посмотреть на iarir.ru). Согласен с мнением, что человечество вошло в системно-переходное состояние, являющееся не просто кризисом, но сингулярностью, за которой нас ждёт неведомое. Слабым от этого страшно и они впадают в фаталистическое уныние; ну а нам это должно быть прежде всего интересно, не так ли?

Посмотрим, поучаствуем! В «минуты роковые» сего мира целенаправленное точное действие даже одного информированного волевого человека может послать событийную лавину совсем в иную сторону, чем казалось бы… А если сложить наши усилия, слаженную работу единомышленников? Вы там, в Украине, «Глаголом» жгите, мы здесь, в Южной Осетии, Россией прирастать будем – глядишь, обернём бифуркацию в нашу пользу.

С этой точки зрения всё, что происходило в Южной Осетии с конца Советского Союза, представляется мне своего рода суровой подготовкой к Главному – тому, что грядёт в этом всё более обозримом будущем. Так что Главное, как всегда – впереди!

Беседовал Константин Долгов, специально для интернет-издания “Глагол“,
Фото: iarir.ru

http://glagol.in.ua/2013/07/23/kosta-dzugaev-narod-osetii-stremitsya-k-edinstvu/