Вы здесь

Как вернуть положительный настрой

            В Цхинвале на этих днях состоялась презентация книги Яны Амелиной «Не едина и неделима. Осетия после Беслана и «августовской войны»». Книгу эту с нетерпением ждали, поскольку она анонсировалась во время прошлогодней презентации другой книги этого же автора «Куда приводят «розовые мечты»», посвященной событиям в Грузии. По непонятным причинам оба эти обсуждения прошли на разных площадках, при различной организации, что привело к разным по составу и степени готовности аудиториям. Многие из тех, кто присутствовал на первой презентации, не смогли сейчас продолжить дискуссию. Но главное, что книга в Южную Осетию доставлена, и все те, на которых она была нацелена, смогут с ней ознакомиться и по достоинству оценить. 
 
          Яна Амелина – хорошо известный  в Южной Осетии российский политолог. В течение последних пятнадцати лет регулярно посещает нашу Республику, участвует во всех важнейших происходящих здесь политических событиях. Она принимает участие в различных конференциях, «круглых столах», дискуссиях и обсуждениях, касающихся политического настоящего и будущего осетинского народа. Часто сама выступает инициатором таких мероприятий.
            В 2001 – 2009 годах Амелина работала специальным корреспондентом ИА «Росбалт», в 2009 – 2011 годах занимала должность заведующего сектором Кавказа Центра евразийских и международных исследований Казанского федерального университета, в 2011 – 2014 гг. она  – начальник сектора кавказских исследований Российского института стратегических исследований. Ныне является секретарём-координатором Кавказского геополитического клуба. В сферу её профессиональных интересов входят не только Северная и Южная Осетии, но и другие кавказские республики. За последние полтора десятка лет ею написано и опубликовано около двухсот статей, аналитических материалов, других публикаций, касающихся осетинской тематики.  Ею же даны многочисленные интервью и составлены прогнозы. Более ста этих материалов вошли в новую книгу автора.
            За все годы знакомства с Яной Амелиной она приучила нас если уж не безоглядно принимать ее мнение, то серьёзно считаться с ним. Такая степень профессионального уважения вызвана искренностью и добросовестностью политолога, её подходами к освещению проблем, погружённостью в тему, предельной информированностью, умением воспринимать, систематизировать, проводить анализ, высвечивая при этом главное. Подкупает её заинтересованность и стремление докопаться до основ. А главное – сделать выводы, определить направление «главного удара», высказать своё мнение по поводу надлежащих действий.
            Многие российские политологи, занимающиеся в том числе и югоосетинской тематикой, большей частью черпают информацию из Интернета и от своих телефонных знакомых. Такой материал не всегда бывает объективным, поскольку любой реальный факт, событие, можно преподнести с таким количеством нюансов, что размывается суть. В этом плане у Яны Амелиной есть большое преимущество – ей не нужны осведомители и заявления блогеров-«всезнаек». Она сама всегда в курсе дел, гуще событий и может лично послужить первоисточником. Её сложно обвинить в некомпетентности, недостаточной информированности, незнании предмета или неумении научного анализа. Своими работами она доказала обратное. В приватной беседе один из видных российских политологов признался, что поначалу относился к выводам и прогнозам Амелиной со скепсисом. Но со временем стал убеждаться в её правоте. Посему, всё ещё оппонируя ей по ряду вопросов, впредь будет более серьёзно относиться к её заключениям.
            Как отмечалось, в книге, о которой идет речь, собрано около ста материалов, написанных с 2002 года по сегодняшний день. Статьи подаются в хронологической последовательности и подразделены на шесть глав, отражающих различные этапы развития нового югоосетинского общества (особняком стоит глава о Бесланской трагедии). Такой подход более чем уместен, он удобен для восприятия, позволяет в нужный момент выхватить из многостраничного собрания именно то, что нужно сейчас, не отвлекаясь на долгий поиск.
            Если листать сборник с начала, то перед нами предстает череда событий, которые мы пережили. Тут воспринимай, как хочешь. Но у автора свой подход. Подаётся факт, даётся представление обо всем, что его сопровождает, даются комментарии и ссылки на самые разные источники, а уже потом следует самое главное: высказывается мнение, что после этого может произойти, и что в связи с этим надо предпринять. Для очевидцев событий главное заключается именно в последнем. Проходит время. Что-то предпринято, а что-то - нет. Наступают новые реалии. Опять подается факт и комментарии к нему. Опять же следует вероятностный подход и мнение по поводу необходимого реагирования. При этом присутствует некоторое недоумение по поводу того, что в прошлый раз, несмотря на прозвучавший сигнал-предупреждение, очевидные шаги предприняты не были. Оттого ситуация из логически продолженной, в разной мере и конфигурации усложняется. И так далее по всё более нарастающей.
            У меня нет цели представить читателю новый сборник статей Яны Амелиной – он в этом не нуждается. Нет цели и рецензировать его – это занятие малопродуктивное. Не столь интересны мне описания исторических событий, через которые пришлось пройти, рассказы о различных наукообразных и политологизируемых междусобойчиках, на которых пришлось присутствовать. Более всего для меня здесь важно отношение автора к происходящему. Вернее, даже не само отношение, а то, как это самое отношение со временем менялось. Менялось по нашему поводу, по поводу нашей действительности и наших перспектив.
            Искренность и эмоциональность Яны для меня очевидны. И мне невольно передаются её настроения: от восторженной сопричастности, через раздумчивую обеспокоенность, к грустному разочарованию. Такая эволюция никому из нас нравиться не может. А может быть Яна неправа, поддавшись некоему эмоциональному всплеску?  А может она торопит события и ее уже не устраивают промежуточные результаты? А может другие составляющие в тренде вопросительных ожиданий? Тут как состояние футбольного болельщика, требующего гол после первого судейского свистка.
            Мы привыкли к тому, что сами и по всему даем ответ, делаем заключения. В этом плане чьи-то советы или предупреждения воспринимаются как понятные, но необязательные. А между тем Яна Амелина уже после 2004 года заговорила о большом нашествии, которое последует через четыре года – олимпийский цикл – как понимаете. Мы слышали, понимали, но были себе на уме. А давайте вспомним хотя бы заголовки статей Яны после 2004 года: «Холодная война горячей Южной Осетии», «Южная Осетия ждет войну во время саммита», «Южная Осетия и Грузия – на грани полномасштабной войны». Надо ли продолжать?
            Понимал ли каждый из нас грядущую опасность? Очевидно. А что предпринял? Недостаточно много. Даже когда ракетные установки грузин уже не скрываясь появились в поле зрения, думалось, что это страшилки и все само собой рассосётся. Конечно, делалось много, но не всё. Были сформированы отряды ополчения и переведены на казарменное положение. Начался организованный вывоз детей за пределы республики. Но уже потом обнаружилось, что в Цхинвале осталось непростительно много их, которым пришлось пережить все ужасы нападения вместе со взрослыми. Но тогда какие-либо предупреждения о грядущей опасности или публикации на эту темы воспринимались как паникёрские и чуть ли как не пораженческие.
            В статьях Амелиной той поры проскальзывал сюжет об участии России в отражении агрессии. Ну а после того, как все завершилось, последовал новый цикл, который заключал в себе анализ произошедшего, итог очередного открытого противостояния и наметки мер, которые необходимо предпринять, чтобы развить успех и последовательно двинуться дальше. Тем более, что со стороны России пришло признание и последовала всяческая помощь. Впервые оказавшись в безопасности и ощущая мощную поддержку, можно было ставить перед собой самые фантастические, на первый взгляд, политические и общественные задачи.
            Вот тут и пошли разговоры об «окнах возможности», которые ввёл в наш обиход, кажется, философ Коста Дзугаев. Эти «окна» то ли скоро захлопнутся, то ли уже захлопнулись, то ли не только захлопнулись, но и разнесли вдребезги не только стёкла. Здесь обозначились две точки отсчёта: одна связана с моментом признания, другая – с присоединением Крыма к России. В обоих случаях вырисовывалась очевидная перспектива для Южной Осетии – объединиться с Осетией Северной и войти в состав России. Были подвижки на сей счет? Очевидно, были. Хотя бы в программных пунктах партии «Единая Осетия», главенствующей в республиканском Парламенте, или в ежегодных обращениях Президента РЮО. Но Амелина совершенно права, когда говорит, что за словами следует дело. Может быть, ей можно возразить в плане временных рамок осуществления вызванных объективной реальностью.
            Скепсис Яны Амелиной по поводу действий нашего политеса, по отношению постановки государственных задач и их реализации определился по некоторым вполне конкретным составляющим. Здесь значится отсутствие общенациональной идеи. Она, хотя бы для меня, несмотря на разность мнений, была и остается: единство осетинского народа. Другой, по моему разумению, быть не может. Хотя утопическая идея, высказанная великим Нафи о том, что надо жить вечно, вызывает симпатии и только. Идея, как таковая, требует своего воплощения, но у нас она стала приобретать свойство некоего фетиша, что многих устраивает. От этого и некое недоумение Амелиной.
            Есть ещё несколько объектов притяжения для политолога. Она всё чаще и жёстче об этом сообщает. Это касается апатии населения, пассивности политических элит, расслоения общества, отсутствие притока новых сил, деградации пассионарной сущности. Опять же следует с этим согласиться, как и с тем, что об этих тенденциях мы были предупреждены самими собой. И реагирование не последовало не потому, что мы это не умели, а потому, что просто не захотели. Почувствуйте разницу.
            И тут мы вплотную подошли к референдуму. Для многих из нас – это проходной момент, который может быть, а может – нет. А для политолога, который в этой игре поставил многое, главное – свои политические приоритеты и пристрастия, свои жизненные позиции – такое отношение кажется провальным. Яна, по чистоте своих помыслов, искренне полагает, что не надо умствовать, а поставить вопрос на обсуждение и немедленное принятие. Кто бы против? Но тут возникли вопросы.
            В книге говорится о том, что мы работаем с оглядкой. Что есть, то есть. В советские времена мы оглядывались на Москву и Тифлис, иначе не могло быть. На этом вырастили поколение. В начале девяностых оглядываться было не на кого – Грузия стала враждебной, а Россия – безразличной. Именно тогда местными властными структурами были приняты решения, которые стали для народа определяющими, и в единственной правильности которых сегодня никто не сомневается. Ну а затем пришло признание, а вместе с этим и центр оглядки. Знает ли об этом Яна Амелина? Без сомнения. Есть ли у нее рецепты по преодолению этого недуга? Судя по высказываниям – есть.
            Тому, что вопрос о референдуме завис, есть свои определения. В той же книге говорится, что идею «оседлали», оттого она пробуксовывает. Кто бы с эти спорил. Яна предлагает поставить вопрос ребром. Она не понимает (а, скорее, понимает, но не желает принять) отношение властей к этому вопросу. А тут судьбоносное решение стало элементом манипуляций перед президентскими выборами. Для нее решение очевидно: голосуй и действуй по определению. Для наших политических элит подход несколько иной: голосуй по нашим правилам, а мы примем решение в соответствие со своим. Понятно, что до завершения президентских выборов ничего определенного на сей счёт не произойдет.
            И тут понятны терзания Яны Амелиной не только по этому поводу, но по вопросу будущего всей Южной Осетии. Основания для такого беспокойства у нее, конечно, есть. К перечисленным «недугам» можно добавить проявления самого опасного вида. Она же пару лет назад поставила вопрос, причем прилюдно и открыто, что в осетинском обществе стало произрастать грузинское лоббирование. Единичные проявления этому мы наблюдали, но сдували с нашего политического стола. Кто-нибудь на это реагировал? Ну надо признать, некоторые НПО перестроились. Но ведь дело не в них. Она называет конкретные имена и явки. Мы щёлкаем зубами.
            В начале двухтысячных Яна Амелина писала: «До этого я побывала во многих регионах Кавказа, но ни один из них не произвел на меня такого впечатления, как Южная Осетия. Я почувствовала себя там как дома, и это определило всю мою дальнейшую работу». Были и другие эмоциональные высказывания на сей счет. Мы это слышали и умилялись. Но как профессионал, очевидец и провидец, наш друг – Яна Амелина – хочет видеть в нас иное, чем сейчас. А мы просим немного подождать и придержать «окно» открытым.
            После президентских выборов это самое «окно» опять для нас приоткроется, куда ворвутся «ветры перемен». Несомненно, будут приняты решения на правительственном уровне, касающиеся будущего нашего государства. Возбудятся политические элиты, проявятся новые конструктивные идеи. А самое главное – к нам вернётся понимание со стороны Яны Амелиной и её позитивная оценка наших перспектив. 
 
Батрадз Харебов